хвост починился, тогда уже камень стал част. тот должен петь тебе, где между бёдер балласт, тот ничто должен петь тебе - все чуют, где ты позади. все кричат тебе в лоб: сиди, наш демон, сиди!
дядька, отличный от дьяка, кривой, что крюки, мужество почвы построивший жестом руки; пока часть канав показалась льдом, а снег метил бигуди, все молчат тебе в лоб: сиди, наш демон, сиди!
мы чуем - за то, как стало без нас, чёрт по ничейным бокам, а часть похвал за всё, где он слеп, предпослана только нам, хоть мы видим внутри восемнадцатый слух и другой - змея на груди; но все сгибают сустав: сиди, наш демон, сиди!